?

Log in

No account? Create an account

Две комнаты, полные шоколада

На шоколадном шоу в Метрополитен-павильоне манхэттенского Челси оказалось, как в русской народной сказке: направо пойдешь – блаженство найдешь, налево пойдешь – голову потеряешь. Среднего пути, правда и увы, не прорисовывалось.

 

 

В правой комнате, как и было растрезвонено, лучшие шоко-соблазнители мира заманчиво шелестели золотистыми обертками, пьянили ароматами и ликерами из одноразовых рюмок, дразнили подносами с меленькими, на один-два зубощелка, осколками лучших образцов какао-творчества.

 

Вот вам японские ганаши из смеси белого шоколада, ароматического зеленого чая и крема, осыпанного зелено-чаевой крошкой.

 

Вот шоколадные монетки «Дух Альп». Парижские трюфеля с новыми ароматами сезона: козьего сыра, почек роз, кардамона, свежего базилика, корицы  «перец чили», бобов ванили, лепестков какао.

 

Вот дизайнерские бонбоны, вылепляемые на глазах быстрорукими токийскими кондитерами, словно суши.

 

Вот бельгийский органический шоколад с декадентским томлением, полученным в результате добавления натуральных ягод из Южного Орегона.

 

Вот фонтан из глянцевого фондю - обмакивай в него зефир, клубнику, кубик ананаса или крендель и отходи в сторону для незабываемого личного переживания.

 

Вот очередной французский лукавец, играющий подносом и прононсом, одновременно соблазняющий и презирающий толпу:

- Отведайте наших южно-нормандских трюфелей! – то игриво убегает, то не дает пройти, танцуя, он. - Медленное прожаривание! Размельчение на каменных жерновах! Смешение маленькими порциями отборных африканских како-бобов с их первобытной силой и южноамеркианских с их изяществом и ароматом! Выверенное старение! И результат – на витрине и за прилавком! Покупайте скорее!

 

Почти перед каждым подносом с шоколадной стружкой – застрявшей баржой квадратная дама полувекового налива, порящая дурь многозначительным раздавальщицам, не отплывающая без того, чтобы отжевать за милым щебетанием с полподноса наркотического продукта.

 

Бродит, угощая, чучело странной униформе – не то Йомен Вардер из Тауэра, не то зайка из «Алисы в Зазеркалье». На стенах – картины, писаные шоколадным маслом. Дамам мажут руки и щеки шоколадными кремами. Одна пытается съесть шоколадную краску, ее успевают спасти от желудочно-кишечного разочарования.

 

В детском углу вымазанные чады объето мажут друг друга раскисшим шоколадом. Рядом дядечка в кисе нюхает плитку, как вино, машет перед носом ладошкой, разгоняя ароматы.

 

Гул блаженства, пьяные глаза, сладкие пальцы и улыбки. Счастье всего за двадцать долларов с души – получил концлагерный штампик на руку и возвращайся весь день сколько пожелаешь.

 

А вот левую, адскую комнату сразу и не заметишь. Узкий проход, ступеньки вниз.

На первый обход все в ней так же пряно, как в райской.

 

Голова Ганса Христиана Андерсена, изваянная в белом шоколаде. Рядом хорошенький гадкий утенок. Шоколадная пагода о шести крышах с замысловатым шпилем. Конь с орлом на хребте, снова квадратная тетка-баржа у подноса, очередной шоколадный фонтан, просветительская литература.

 

Внезапно разомлевшие ноги ударяются о поцарапанные тамтамы, которые по инерции тоже тянет попробовать на вкус.

 

Тамтамы упреждают вход в отсек еще смутноизвестной, но явно неслучайной африканской страны Коте Д Ивуар.

 

Отсек еще не готов, сообщает неподвижная афрокрасотка. Для ожидающих одноглазый гигант оживляет небольшой экран.

 

- Мультфильм! – радуется четырехлетнее дитя. Для дити еще все, что ни показывай – это мультик.

 

Чтобы дитя больше не рвалось с упрямой улыбкой обломать нос великому сказочнику и нацарапать шоколада с его щек, мы садимся просматривать научно-популярную ленту о выращивании какао-бобов.

 

Когда везешь ребенка в Музей Натуральной Истории, скажем, на выставку жаб, ему ничего оказывается в жизни не нужно, кроме красного леденца. А среди шоколадного бесстыдства – вдруг прорезывается интерес к сельскому хозяйству западной Африки.

 

Не успели усталые дядьки на экране опустить бобовые саженцы в грязь, как я вспоминаю, что котедивуарская авиация, бомбившая повстанцев, на днях случайно угодила во французских миротворцев, а те в ответ эту авиацию в размере двух истребителей Су-25 и вертолета Ми-24 полностью уничтожили,.

 

И сейчас в стране эвакуация. Как раз в начале сезона отгрузки какао-бобов. Крошечный Коте Д Ивуар, как гордо сообщают с экрана, поставляет почти половину какао бобов в мире.

 

Только бобы уже никто не отгружает, а все заняты нелюбовью к французам и гражданской войной.

 

Что-то трескается в окружающем гламуре.

 

Я смотрю по сторонам и тщусь вспомнить, когда в последний раз видел человека с пиратской черной повязкой, закрывающей глазную впадину. Всплывают только доисторические ранние семидесятые, деревенский пастух в Ивано-Франковской области, ведущий усталые стада с пастбища по шоссе.

 

Ивурианец в повязке что-то поправляет в буклетных веерах, сыплет в раздаточные вазы квадратные мини-шоколадки. Нашлепка мешает, сползает с красивой бритой головы, похожей на Гансо-Христиано-Андресоновскую, только настоящего шоколадного цвета.

 

- Нет деток! – гневается дитя. – Что за мульфильм? Одни дяди!

 

Я уже знаю, почему в образцово-показательной ленте про адские фермерские болота нет ни одного ребенка.

 

Их лучше не показывать. Детей обычно привозят из соседнего Мали, где среднемесячный доход на душу - два доллара. Кому обещают велосипед, кому сто долларов за сезон. Берут прямо с автобусных остановок.

 

Никто точно не знает, сколько детей в рабах на шоколадных фермах Берега Слоновой Кости, что-то около пятнадцати тысяч. Один недавно убежал, рассказывал с другого экрана: работа с шести до восьми, побои, кукурузная каша, ночью - восемнадцать человек в запертой комнате четыре на четыре метра, соломенный пол, консервная банка вместо туалета. Ну, и дальше по списку...

 

- Пойдем отсюда! - мне уже не хочется ни шоколада, ни мультика.

 

В коридоре, пока мы одеваем ребенка, едва расходятся одноглазый и южно-нормандец. Француз с презрительно-слащавой улыбкой уступает дорогу, котедивурианец тоже пятится, ловит снова съехавшую повязку, роняет шоколадки, провожает француза печальным глазом.

 

Я беру у него квадратик.

 

На улице уже очередь, терпеливый народ развлекают дармовым горячим какао из бидона. Настроение праздничное.

 

- Хочу есть! – вдруг объявляет Метида.

 

Мы заходим в Мак Дональдс.

 

Хорошо, что в Мак Дональдсах не крутят фильмов о том, как делаются Биг Маки, полуобморочно думаю я.

 

Темные манхэттенские стены уже кажутся сделанными из шоколада, они тают на глазах. Пагодно-шоколадный шпиль Эмпайр Стейт Билдинга обламывается, перегораживает Пятую Авеню. Что за рушащимися шоколадными стенами, я не знаю и не хочу знать. Меня охватывает паника.

 

Чтобы успокоиться, я сую в рот котедивуарскую шоколадку. Дитя спит в коляске, свесив голову на буклет «Годивы».

 

- Как ты можешь есть эту гадость? Одна горечь! – удивляется Метида.

 

- Говорят, горький шоколад полезен для сердца, - только и могу сказать я в свое оправдание.

 


Comments

у шоколада нет будущего времени )
за всякой сладогламурью таится ужас, коконы шелковых червей вот, например, варят в кипятке
за качественным стейком тоже угадывается доверчивая корова с задумчивыми глазами )
но ничто не может сравниться с криком ужаса и боли, который исторгает брокколи, когда его срезают с грядки!:)
а кокосы, что сбивают, и они бьются всем своим существом о землю? представляете, какая это психологическая травма?
даешь психоаналитика каждому кокосу!:)
это интересный лозунг, есть над чем задуматься...
да что там анализировать после такого удара

А представьте себе

А представьте себе каким криком кричит голова, на которую падает кокос:)

Re: А представьте себе

что там кокос, на некоторые головы сваливается космос )

Re: А представьте себе

оппа

"дядечка в кисе"

внёс необходимую щепотку достоеврности в эту весёлую, как День Всех Мёртвых, вакханалию радостного безумия :/

Re: "дядечка в кисе"

это еще у Розенбаума было - в горошек киса стиснула кадык...
о, как можно после такого шоколада еще идти в МакДональдс!!

Я тоже люблю горький шоколад. 70% - мой идеал.
да, я тоже "лечусь" черным 70-процентным, а в МакДональдс мы часто заходим из протестного пролетарского чувства
ого!
ага...
"концлагерный штампик" режет глаз
пардон за резь, не учуял острого
Поздравляем! Ваш пост был отобран нашими корреспондентами и опубликован в сегодняшнем выпуске ljournalist'а.

valeriyaep


Автор вы молодчина, так держать.

Re: valeriyaep

держу, ага, хотя не уверен, зачем...
Otlichno, chto skazat!

Nashih detei papa vodil 2 goda nazad na choco-expo, tozhe v Natural Science Museum.

Tak ya vse propustila, a teper rada, chto ne poshla...

A chocolad lublu trepetno, ustala na rabote "nesti kulturu v massi" (obyasnyat, chto Hershi - eto kak-bi i ne chocolad). Narod sporit, no za samples prihodit (u menia zapasi na rabote evropeiskogo chocolada)...
мир полон чудес, например, искренних любителей шоколада херши
Na svoyu golovu lezu v chuzhoi monastir so svoim ustavom...za chto zasluzhila na rabote klichku "food snob":-)
после такого рассказа, все, о чем вообще можно только думать, это о занычкованой коробочке трюфелей...
спасибо.
да, шоколад заразительнее-аддичнее вина