?

Log in

No account? Create an account

Герой здравоохранения

Проходя по холлу нашей больницы, Судовод кивком поздоровался с руссколицей дамой, тащившей за руку двухлетнего мальчика, а потом подошел и спросил у нее что-то.

Мы вышли на обеденную прогулку.

- Настоящий героизм часто никому не виден, - сокрушенно вздохнул Судовод. – О нем и рассказать-то порой толком невозможно...

Ты тоже участвуешь в больничной программе переводчиков. Так что знаешь – два часа инструктажа, и тебя могут позвать переводить к больному, который внятно по инглишу не бельмесит. Больница на этом экономит деньги, ведь нанимать или вызывать переводчиков накладно. Японский переводчик, например, стоит 80 долларов в час, плюс такси, плюс оплачиваемые два часа на доезд-отъезд. Не знаю, попадались ли нам англонеграмотные японцы, но знакомая медсестра переводила с итальянского старикам, не понимавшим инглиша. Так вот, сижу я однажды за компьютером после сытного обеда в японском, кстати, ресторане, кропаю код с оператором pivot, как вдруг звонят и приглашают попереводить на этаж к доктору Пателу.

Доктор этот очень приятный, всегда улыбается, я с ним в кафетерии часто беру сэндвич с сыром на гриле. Прихожу. Доктор радостно жмет руку. Сидит у него старушка интеллигентная, Елена из Ленинграда. Ей дочь должна была попереводить, да не смогла прийти.

И вдруг дебелая старушка Елена доисторического года рождения, загадочно улыбаясь мне в зрачки, начинает с готовностью задирать ноги и вообще раздеваться.
 

Я спиной о дверь ударился. На Патела гляжу – психическая, что ли? А тот почему-то бесстрастен, лишь анализами шебуршит...

Уже подозревая нехорошее, я оглядываюсь... Замечаю наконец кресло какое-то космополетное...

- Доктор Пател, - хрипло уточняю. – А вы вообще-то... какой доктор?

- Да гинеколог! – радушно кивает эскулап.

А я почему-то по его чистенько-сияющему виду всегда думал, что он какой-нибудь иммунолог или на худой конец кожник...

Старушка Елена тем временем, продолжая сложно улыбаться и тряся дряблыми телесами, стаскивает с торса категорически не хочу знать что.

Меня бросает в пот. Японский обед (бента бокс) вздымается девятым валом...

Елена императрицей утверждается в кресле, занимает исходную позицию.

Я вдоль стеночки – к раскрытому окну, свежему воздуху, подальше от передовой.

А старушка Елена, оказывается, плохо слышит. Просит подойти поближе. А когда я подкособочиваюсь – нежно берет меня за руку.

Выясняется, что ей предстоит процедура под наркозом. А пока ей согласно закону объявляют возможные побочные эффекты включая кровотечение и инсульт – и просят расписаться в позволиловке.

- Я боюсь, - впивается мне маникюром в руку Елена.

- Оно вам надо, - полуобморочно соглашаюсь я. – Столько опасностей. Перенесите на другой раз, когда с дочкой придете...

- И доктор черный, - скулит Елена. – Я им и белым-то не доверяю...

- Он не черный, а из Индии, - уточняю. – Хорошо, что хоть не кореец, вот корейца я бы вам как соотечественнице и ленинградке не порекомендовал. А с индусами – как повезет, решайте сами.

- Уговорили, будем резать, - шепчет Елена. – С вами мне как-то... спокойнее...

Доктор Пател обрадовался, как ребенок. Спасибо, говорит, а то пациентка до вашего прихода отказывалась и от процедуры, и вообще что-либо понимать. Сейчас я ее пообследую, но не волнуйтесь, я все буду рассказывать.

- Что рассказывать? – шепчу.

- Все! - с предвкусительной улыбкой обещает доктор, натягивая перчатки.

И начинает в подробностях, каждый всхлюп. А я должен адекватно пересказать ньюансы стонущей Елене. Вдруг замечаю, что мелко дрожу сам, почти в такт Елене, и по мере развития рассказа чувствую себя так, как будто слащавый Пател это в меня проник и во мне шурует.

Вот-вот потеряю сознание.

- Тут болит, - тревожно сообщает Елена.

-Доктор, у нее боль! – стону.

- Где?

- Там!

- Где там?

- Ну в этой! Как ее?

Не поверите, я же вроде как переводчик, но от потрясения не могу вспомнить нужного английского слова, только русское, да и то нецензурное....

- Ваджайне? – угодливо уточняет гинеколог.

- Она! – утираю я пот с морды свободной рукой. – В оней! В ей...

- Как Елена сейчас себя чувствует? – озорно спрашивает Пател.

- Доктор, сейчас я упаду в обморок, - сообщаю.

Только тот факт, что валиться придется на Елену, не на пол же, удерживает меня на хлипких ногах.

Надо как-то устоять, твержу себе, давя рвоту, я же мужчина. Хотя именно потому, что я мужчина, устоять кажется невозможным... Ладно, я на войне, в плену, и фашисты меня пытают, думаю... Фиг я им выдам военную тайну...

- Вы так не волуйтесь, - вдруг жарко шепчет мне Елена. – Я никому не скажу...

Ну, с ума стектонилась бабка, ясный пень.

- Что не скажете? – откликаюсь, как из тумана.

- Что у вас с английским сложности... Что вы переводить не умеете...

Здравствуй, гинекологическое кресло, Новый Год!

- Я вообще-то и сама по-английски бодро спикаю, - сипит бабуля. – А переводчика позвала, потому что все понимаю, и надо же дать нашим русским людям подзаработать на чужбине...

С трудом восстанавливаю гипотетический ход безумных бабкиных мыслей. Она, видимо, думает, что переводчик с русского в больнице – штатный или на худой половой орган почасовой. Что я за свои гинекологические страдания получаю деньги. Не объяснять же ей сейчас, раскоряченной, что я системный аналитик компьютерных систем и только что работал с оператором pivot, а перевожу ее гинекологические рельефы от чистого серца, из сплошного себе на голову альтруизма... Да и жалко бабку, узнает, что ее переводчик – айтишник, подумает, что и гинеколог – на самом деле какой-нибудь зубной врач... Так что держу марку и тошноту, благодарно киваю...

- Да, шепчу... мы тут все – профессионалы высокого класса...

И чувствую – все, больше не могу. Слшиком много вселенских тайн на мою послеобеденную голову.

- Доктор, - поворачиваюсь к Пателу, - вызывайте другого переводчика, все...

- Так ведь пациент скоро уже отключится, - веселится эскулап. – Потерпите...

- Я отключусь быстрее! – настаиваю.

А Елена на Патела так подозрительно глядит и уже полупьяно спрашивает:

- А вы вообще-то из какой страны к нам сюда приехали, товарищ индус?

- Сейчас скажу, - пообещал Пател, уточняя дозу у анестезиолога за стеклом. – Еще одну минуточку...

И тут Елена наконец начинает звучно, по-царски храпеть.

А Пател уже подпинываеи мне под колени табуретку...

Судовод подставил раскрасневшееся лицо студеному ветру.

- Дома вечером, все еще потрясенный, я – шасть к холодильнику, схватил бадью мороженного «ром с изюмом» и нажираюсь, засахаривая непроходящий стресс. А жена томно тянет – что-о же ты-ы ме-еня не угощаешь? Что, ложку трудно самой взять?- ору. – А мне хочется, чтобы ты за мно-ой поуха-аживал...Впервые в жизни захотелось разбежаться посильнее – и хряснуться головой о кухоннй угол, чтобы мозги разлетелись по периметру, и их уже не собрать... Короче, полноценную палитру супружеских отношений после моего бескорыстного толмачества у доктора Патела нам с женой удалось восстановить только где-то через месяц...

Мы повернули обратно к больнице.

- Меня к Елене еще раз позвали, уже в палату, перед ее выпиской, - вздохнул Судовод. – Оказалось – хотела поблагодарить. Опять она меня за руку царапала. Мол, все прошло удачно, и только благодаря мне, я и ее ангел-хранитель, и дочке ее, которая стоит рядом и, оказывается, на сносях и скоро будет кесарить, она велит назвать сына в мою честь моим именем. Еще одна, так сказать, непрошенная визуальная картина для живого мужского воображения...

- А меня только один раз, к пьяному польскому старичку вызывали, - промямлил я.

- Я почему вспомнил, - мы с Судоводом вернулись в больничный холл. – Дочку Елены увидел, с тем самым, видимо, сыночком. Ну, и не удержался, спросил, как же они все-таки назвали мальчугана.

- И как же?

- Дереком. В честь бейсболиста Дерека Декстера. Прекрасный, ничего не скажешь, игрок!

Мы вернулись в офис с разошлись по кьюбиклам.

Я плюхнулся в кресло и вдруг понял, почему Судовод никогда не берет телефонную трубку, если ему звонят с незнакомого номера.

Comments

Это после японского обеда такая реакция :))) А посл русского, да если ещё по писят, да ещё по писят - всё бы прошло в режиме "полёт нормальный" :))
Прочитала с всё увеличивающимся удовольствием и уширяющейся улыбкой:))
после русского обеда переводчик, возможно, уже и принял бы участие в лечении, чего уж там...
хахахаха, смеялась, я думала, это вы "переводили".
нет, я бы там такого напереводил по впечатлительности, что старушку бы, наверное, откачивали всей больницей...
:))))
спасибо, ага...
Впечатлило, спасибо. Мда, с нашим братом (а также сестрой) не соскучишься.
ну, мы же в Америку не скучать приехали, право...
Бедняга Судовод, я его понимаю. Однажды меня так попросили полдня попереводить для Союза Животноводов России, ну я сдуру и согласилась. Чё, думаю, там разные яровые-озимые не попереводить, чай не убудет от меня. А они меня как привезли в центр искусственного осеменения, да как заставили процесс забора спермы у племенного быка переводить десятку молодых, красивых и богатых мужчин. Ой, мамочки, на всю жизнь я там накраснелась и набледнелась, хе-хе...

Edited at 2009-10-01 12:03 am (UTC)
до чего симметричная история - и пропадает без подробного нетленного рассказа?
Отлично! Отлично!

Сразу вспомнились все старые анекдоты про прием у гинеколога
и про маляров
и про дыню
про маляров и про дыню не припомню, но слушая этот рассказ, да, ловил себя на том, что жизнь в очередной раз имитирует высокое искусство анекдота...
Хорошо, что все ушли из дома:))
А то бы подумали, что мать с ума сошла - ржет, как ненормальная:))))
Бог ты мой, какая же у вас там опасная, полная трагизма работа.
Одна радость - только переводить зовут, а не ассистировать.
Все почти, как в старом анекдоте про гинеколога, которого судят за убийство девицы ...Вы должны помнить. Это почти по профилю
ситуация и правда анекдотическая, куда ни глянь...
Наши люди великолепны. И почему-то считают, что на руководящих позициях должны быть люди, руководяще выглядящие. То шеф врачу предлагают побыть переводчиком, то завотделением приказывают подать утку...
ну, в Америке тоже проводили исследование и выяснили, что приятно выглядящие люди находят работу быстрее, чем замухрышки. Хотя большинство начальников на моем веку были бонапартики...
Не совсем то, но похоже. Однажды довелось мне редактировать перевод отличного еврейского кино "Поздняя женитьба". А переводчик как-то очень плохо поработал и кучу текста пропустил. В особенности, в длиннющей эротической сцене (минут эдак на 20). А времени мало, скоро озвучка. В общем, мой главный редактор берет английский скрипт и начинает мне диктовать, чего и куда вставить. А они ж там, пардон, эээ... не о цветочках говорят, и эвфемизмами типа "пониже, нет, повыше" не обходятся. А мне еще приходится уточнять, кто говорит и после каких слов. В общем, на экраны телевизоров все равно попадает смягченный вариант, но для того, чтобы смягчить, надо же вначале понять :)
А еще как-то было дело, объяснял он мне разницу между словами (точнее, предметами) "жопа" и "дупа" (укр.) и почему, собственно, ругательство "кис май эс" нельзя переводить на украинской как "цілуй мою дупу".
Я не то, чтобы очень стеснительный человек, но это как-то и для меня было чуть-чуть слишком :)
бегу заказывать на Netflix израильскую нетленку... мы во Львове подростками все время орали про дупу, может, Ющенко изменил смысл термина, я поотстал... история Ваша так и просится в отдельный рассказ...
Вам смешно, а я как раз дебелая старушка Елена из Санкт-Петербурга, с дряблыми телесами. Вот говорю же - лучше сразу умереть.
так ведь и я тоже, если приглядеться, дебелая старушка Елена из Санкт-Петербурга, с дряблыми телесами, и только с виду мушчына средних лет. Надо было марсианина в гинекологическое кресло посадить, чтобы никого не обидеть... опять же, это Судоводу дама Елена не очень приглянулась, а другой наш системный аналитики вполне себе женился на хромой пожилой даме с зобом, и девочку родили, и умеренно счастливы.
:))) А я на стоматологической операции переводила. Врач всё подрооооооообно рассказывал и требовал, чтобы я ещё и смотрела вместе с ним в рот пациента.
в нашем случае доктор, к счастью, глубинными знаниями с переводчиком делиться не стремился... впрочем, рот, кажется, самое многомикробное место организма...
стараемся, да, гранмерси...