Воспитание чувств в Нью-Йорке (crazy_dadazy) wrote,
Воспитание чувств в Нью-Йорке
crazy_dadazy

Category:

Нирвана-монтана

Вдруг Тася и приехавшая из России гостья-свекровь Дарья Тимофеевна услыхали посреди нью-джерскийского молла роковое русское слово:

- Дают!

Слово, конечно, было на английском, даже два слова - free gifts. Но роковизны от этого не убавилось.
Они побежали.

В парфюмерном отделе Macys-а и правда давали, да еще как.

 

Во-первых, даром. Macys из-за кризиса только что закрыл по стране дюжину магазинов. Неликвид, что ли, они расшвыривали и попутно умасливали покупательcкие орды.

Во-вторых, давали три комплекта косметических наборов-подарков сразу, от Estee Lauder, Lancome и Dolce & Gabbana.

Тремя очередями к трем прилавкам.

- Только один подарок на персону! – вежливо кричали раздавальщицы.

- Кынешшно... – согласилась Дарья Тимофеевна.

Тася отстояла одну очередь, а во вторую встать отказалась:

- Да ну, неприлично!

- Коммунизм, - вышарашила глаза Дарья Тимофеевна, - есть советская власть плюс электрификация всей страны! От каждого по способностям, каждому – по потребностям! А я еще не развернула свои способности в их мощь! И потребности у меня – знаешь какие? Весь город ждет от меня подарков из Ымерики! Зря ымериканцы, что ли, нам козни строили и Горбачева охмурили-облапошили? А теперь у себя в моллах наш коммунизм устраивают?

Где-то в подполтолочной выси сладко трелила идол подростков Майли Сайрус, прославившаяся в телесериале "Ханна Монтана".

Ладно, встала Тася в оставшиеся две очереди, набрала три подарка.

- Еще по разку-разочечку, - деловито предложила Дарья Тимофеевна.

- Нехорошо, - отрезала Тася.

- Девки в родном городе голодают, деньги экономят, чтобы намарафетиться, а ты что же, как цыца? - заубивалась Дарья Тимофеевна.

Тася обреченно прошла во второму кругу. Со стыдом, но без позора. А вот Дарью Тимофеевну как даму крупную и иностранную, засекла ланкомовская язва.

- Рашн туристо, но инглиш! – сделала Дарья Тимофеевна зеркало души топором на возражение раздавальщицы.

Та вздохнула и выдала подарок, чтобы не связываться.

Дарья Тимофеевна раздумчиво оценила объем трофеев. И придумала новое:

- А скидывай-ка шубу! Авось в другой одежке не запеленгуют! А даже и если – путь докажут!

- Еще чего, - возмутилась Тася. – Хватит дикости, мама!

Но Дарья Тимофеевна уже сшуршала свой мутон ей под ноги - и пошла личным примером в очередя.

Ланкомовка сделала ей безумные глаза. Но подарок сунула.

- Ну? – поинтересовалась Дарья Тимофеевна. – Девки-то – не сами по себе голодают, они ж попричесочно матери-одиночки! Тебе русских детков, безотцовщины лопоухой, не жалко?

Тася обреченно сняла шубу и, малоузнанная, взяла еще три подарка.

- Теперь, надеюсь, все? Безотцовщина позавтракает?

- Кынешшно... – рассмеялась свекровь. – Еще не вечер! Способности только проснулись-потянулись! Теперь надевай мой мутон – и вперед с песнями! Пока коммунизм не кончился! Нирвана-Монтана!

- Некультурно это, мама! Стыдно!

Дарья Тимофеевна втиснулась в Тасину шубу и пошла оподарочиваться.

Возле ланкомовки наконец случился напрашиваемый скандал.

Выдавать подарок подколодная отказалась. Да еще и вызвала охранника.

- Руссико туристоре! – окончательно запутывала этнографические следы Дарья Тимофеевна, требовательно предъявляя пустые руки. – Но копрехенде! Капиш? Хенде хох!

Очередь, ясный пень, урчала и волновалась.

Тася, скрипя сердцем, рванулась на помощь.

Но тут же замерла, увидев предупредительную ладонь свекрови:

- Сама справлюсь!

И ведь точно, справилась. Охранник, выслушав змею, полиглотную речь Дарьи Тимофеевны и оценив психоз очереди, самолично взял подарок и отдал его свекрови.

А Тасе стало вдруг обидно и за свекровь, и за нашу советскую родину.

Вот чего она так, возмутилась она на ланкомовку. Что понимает в нашей русской жизни, стерва нью-джерскийская. Всего-то геройств в жизни – мужа нашла, детей родила и моргидж выплачивает. А попробовала бы она коня на скаку остановить и в горящую избу войти.... И еще, вишь, строит из себя... Да, мы как базарные... но ведь не от простой и хорошей жизни...

Тася утонула в сложнопахучем свекровином мутоне - и решительно встала за новыми подарками.

- Нирвана-монтана! – заприплясывала Дарья Тимофеевна, пополнив мешок с подарками. – Коммунизм-ГОЭРЛО! Ну, что, дочурка, где здесь дамский ватероклозет? Кофтами меняться будем?

- Арестуют! Плакала ваша грин карта зелеными слезками!

- Кынешшно... – согласилась Дарья Тимофеевна. – Я ж еще подругам-пенсионеркам недобрала. Это им, значит, на лекарства будет не хватать, потому что подарки дочкам-невесткам надо покупать на дни рождения? Зато местные лахудры десятой пудрой смогут попудриться?

- А, ладно...- прошептала Тася. – Зачем они европейские баллистические ракеты в Польше против нас ставят? А нам уж и лишней туши для ресниц не взять?

Смыли они косметику, поменялись кофтами – и взяли еще по подарочной троечке.

Ланкомовская даже и не пыталась показать, что узнает.

Получился внушительный мешок, тащить тяжело.

В процессе волока оказалось, кстати, что Sears тоже оподарочивает, но хлипко, в одну растянувшуюся до улицы очередь.

- Ну, и люди у вас тут!- хмыкнула Дарья Тимофеевна, отдышиваясь и младенческими очами глядя на бесконечную Sears-овскую очередь. – Ведь удавятся из-за ерунды!

Вечером в честь случившейся в молле нирваны-коммунизма устроили пьянству-бой: за ужином - только пиво.

- Ну, хотя бы давайте водки с томатным соком! – умолял муж Сема.

Тася често проверила закрома:

- В доме нет томатного сока...

Сема уже звонил в Macys.

- Завтра утром тоже будут давать! – доложил он по итогам расследования. – Видать, сегодня все до конца недорасподарили...

- Да ну уже их с ихней нирваной-монтаной, - устало отмахнулась Дарья Тимофеевна, пересчитав добычу. – Что мы, пупуасы, что ли. Мы меру знаем, и ум-разум не потеряли. Взяли чуть-чуточку, и будя.

Но Тасю задело.

- Нет! Они не понимают нашей жизни! Нашей духовности! Нашей сложности и унизительного положения в мировой политике и как женщин! И завтра пойдем! Наберем для девочек-подростков и старух!

Тася много хотела сказать, да не сумела.

Только всплакнула от многогранности чувств.

А после ужина, хоть она и шаталась от усталости и пива, Тася отправилась по свежему снегу через дорогу к соседке-хасидке одалживать парики.

Tags: Истории про бравого иммигранта Сему
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 31 comments