?

Log in

No account? Create an account

Власть скифов

Сестра Метиды Идия замужем за американцем Ээтом. Парня нельзя не полюбить, настолько он приятен и положителен.

Один из талантов Ээта – магическая легкость в обращении с цифрами. Говорит ли он о процентах на моргидж, квадратных футах жилья или милях автопробега, цифры порхают вокруг него стайками певчих птиц - и только что не щебечут.

Порой кажется, что он дышит не воздухом, а числами.

А вот с языками у Ээта не так бойкопевуче. Тем более, с таким занозистым китайскоподобным языком, как рашн.


 

Парня и не травмируют полиглотством, в семье говорят только на английском. И дочку Медею с самого начала во избежание конфузий и непоняток взращивают на одном, государственном языке.

Конечно, когда нагрянывает русско-цыганская родня-колхоз, то бишь мы с Метидой и чадами, случаются этикетные шероховатости. Люди мы все еще малокультурные, таборно-деревенские, хотя и тянем шеи к свету цивилизации и утонченных манер. Воспитываем чувства в Нью-Йорке, но все равно диковатые скифы, как нас ни облагораживай. Харкаем на пол, громко рыгаем.  И хотя с Ээтом мы и честно бабашим на инглише, между собой в его присутствии нет-нет, да и перекинемся русским-народным-блатным-хороводным.

Потому что так привычнее. Ведь мы с Метидой на инглише никогда не балакаем. И делать это, пусть даже и в гостях, и изображая из себя цивилизованных не-скифов, хоть и эротично, но слегка странно. Как будто оба рехнулись. Или изменяем друг другу на взаимных глазах с несколько иной, англолопочащей личностью.

Ээт, конечно, теряется в догадках и волнуется, что это мы над ним потешаемся, а Идия, конечно, от нашей (главным образом, моей) некультурности нервничает и выносит нам исподтишковые выговора.

- Они знали, на ком женились! – защищается Метида, почему-то горестно кивая на меня.

Это только присказка.

Племянничка наша, Медея, долгое время играла с бессловесной нашей Принцессой Обезъянок без языково-барьерных проблем.

Да и когда дедушка ее, папа Ээта, вставал перед карапузичками на коленки и кричал Му-му-у!, все все понимали.

Порой Медея уточняла – бэби говорит по-английски?

Бэби вообще пока не говорит, - смеялись взрослые.

А русская бабушка у Медеи и Принцессы Обезъянок, ясный мрак, общая. И растит в меру сил обеих.

Долгое время английского бабушке для Медеи хватало. Запрет на русскую речь держался. Но время идет. Да и делать во время долгих сидений с англовнучкой порой особо нечего. 

Так что недавно нагрянул черный день, когда Ээт пришел с работы, а Медея, чмокая его, по ходу дела вдруг делится новопознанным:

- Ушь-коу!  Нось-иик!  Рьот- иик!

У парня аж аппетит скис от растерянности и скорби.

Идия, как может, неловкость заглаживает, щебечет о пустяках.

Бабушка переживает. Всем неловко.

Тянется раздумчивый вечер.

Медею укладывают спать.

Ээт, не стряхнув задумчивости, запирается в совмещенном санузле.

И вот, когда уже пора бабушке уезжать, и все вроде бы так и зависло наперекосяк и мучительно, из санузла вдруг дослышивается задумчивый, но трудолюбивый голос Ээта:

- Ушь...коу!  Нось-иик!  Рьот- иик!... Ушь...коу!  Нось-иик!  Рьот- иик!

Говорю же, замечательный парень.

Все понял. И начал наконец одолевать непролазный рашн.

Чему не научила жена - обучат собственные дети...

А власть всяческих скифов, почему-то думается мне, если таковая и случалась в разные времена и на разных меридианах, никогда не держалась на луках и стрелах или крепконогих лошадях.

И даже не держалась она на умении правильно обращаться с цифрами.

Только на языке.

Который приходилось заучивать соседним и прочим народам, сквозь чьи мирные пастбища в поисках неуловимого счастья кочевника когда-либо процыганивали скифские племена.
 

Comments

верю. ежели он сестру осилил, то язык-то - не проблема))