?

Log in

No account? Create an account

Конфуз в Метрополитене

Поехали мы как-то цыганским таборком в музей Метрополитен. Маг, правда, рвался к динозаврам в Музей Натуральной Истории. Да на Вест Сайд по субботам из Квинса нервно ехать. Ибо в выходные поезда метро гуляют по подземельям, презрев порядок, пьяными купчиками. А у нас на балансе и в коляске - Принцесса Обезъянок, творение нежное, трепетное.

В гардеробе Мета меня прибило к русскому вешателю, да не простому, а жонглирующему.

- Вы откуда? – тотчас затеял он душевность в целях получения чаевых. И поймал подброшенную вешалку за своей взмокшей спиной.

 

Как ответить на этот простенький вопросик? Мы вообще-то не местные, а москали приблудные, но на манхэттенщине жируем уже четырнадцать годков? Проще послать, что я и сделал, сгустив мрачность:

- Неважно.

- Трое? – понятливо кивнул жонглер, просчитав польты.

- Четверо, - гордо обиделся я.

Парубок нырнул под одежную карусель и вскоре вернулся с видом Цезаря в Капитолии:

- Я всегда помогаю соотечественникам!

Помощь оказалась та еще, русская. Четыре входных жетончика, которые покупаются в десяти метрах о гардероба по «плати-сколько-можешь» цене.

То есть, помощь плавно перетекала в мягкую, без раскаленных утюгов ввиду окрестной сплошной цивилизации, вымогаловку.

С другой стороны, человек старался. Да и жетон на ребенка в последнее время приходилось из кассы выскандаливать. Ибо дети резались о края, и новая политика музея выдавать их малолеткам запрещала.

Суда в Америке боятся все и всюду.

Ладно, взял я блатные жетоны, оставил комок долларей.

А семью уже обрабатывала всклокоченная искусствоведша с неподвижными зелеными глазами:

- Программа как раз для вашего мальчика, в час дня, не пропустите!

Мальчик, обожая дармовщину и рекламу, принял груз брошюр и чуть смягчился к Мету.

Мы тоже были рады, ибо прежде на детские программы в Мет Мага можно бы было затащить разве что под общим наркозом.

- Каждая картина рассказывает какую-то историю! – пыжились мы. – Ты же любишь истории! Попробуй угадать, что за история случилась в какой-нибудь картине.

- Вы дурацкие! – не ловился на удочку Маг. – Тут есть картинки про динозавров? Тогда я мог бы рассказать, как Т-Рекс убивает Трайсиретопcа...

К часу дня мы метались по залам, рассекая толпы детской коляской, в поисках детского арт-центра с урологическим названием.

Урис-центр встретил нас отчаянным детским ревом.

- Я не знаю, что это за программа! – отбивалась от разочарованных родителей другая всклокоченная исскусствоведша, с неподвидными фиолетовыми глазами. – Может, в римско-греческой секции что-то происходит?

Не отыскав в зале греко-римских ограблений ничего, кроме битого человекообразного мрамора, Маг окончательно скис. Но плохой новостью было не это. Плохой новостью оказалось то, что к Мету потеряла интерес и наша годовалая доченька.

Нежный голосок Принцессы в минуты разочарования миром набирал мощь фабричного гудка.

Утихомирить бэбичку и спасти Мет от немедленной эвакуации могло только одно.

- По закону штата Нью-Йорк кормление грудью в общественным местах абсолютно легально! – Метида, замерев посреди зала средневекового искусства, решительно расстегнула кофточку.

- Но ведь вокруг толпа... – нерешительно промямлил я.

- Не волнуйся, - улыбнулась Метида. – Толпы здесь скоро не будет...

Теперь я точно знал, что мою жену отзомбировали виртуальные ведьмы из интернет-сайта babycenter.com. Эти валькирии устраивали из кормления сисьской в людных и известных местах спорт-сессии с фотографиями и обширными блог-мемуарами. Возможно, Метида даже тайно стремилась к тому, чтобы кто-нибудь нарушил ее грудекормящие права. Тогда она смогла бы подать на обидевшую ее организацию иск, осудить мешок денег и не работать до пенсии...

Толпа и впрямь рассосалась за одно дыхание.

Зайдя в наш зал, новые люди с неожиданным интересом таращились вразброд и пятились прочь.

Юный охранник, выбледнев, шатнулся к нам, замер... и предпочел, отвернувшись, следить за соседним залом.

Мне все же было как-то не по себе от наших чмоканий и рыганий перед прекрасными, спору нет, картинами.

Вдруг я заметил, что Метида с Принцессой Обезъянок устроились как раз напротив образа Мадонны с Младенцем. И мамы, и деточки оказались так похожи...

Пока я маялся в сомнениях, кто же мы все-таки такие – цыганистые дикари из далеких северных степей или наоборот продвинутые урбаниты из Столица Мира, ответ появился сам собой. И совсем не тот, которого можно было ожидать...

- Пора менять памперс! – объявила Метила, обнюхав разнежившуюся Принцессу. – Детка покушала - детка покакала!

Тот, кому когда-то непосчастливилось оконфузиться посреди музея Метрополитен прямо в личные штаны, наверняка в какой-то момент подумал о том, что лучше бы он был сейчас бэбичкой...

Докладываю: обкакавшимся младенцам в лучшем музее мира ничуть не легче, чем взрослым.

- На втором этаже для посетителей - только два туалета! – юный охранник средневековья, казалось, вот-вот обмякнет в обморок. – Но я не знаю, есть ли в них бэби-меняльные станции...

Мы бросились на поиски.

Люди изумленно расступались вокруг нас без лишних просьб.

- Это от мумий, что ли, так несет? – встревоженно завертелся молодой человек возле гробниц с барельефами.

- Пью-и! – востоженно ныл Маг, едва поспевая за нами. – А нас могут арестовать в полицию за то, что мы воняем? А нас могут выгнать из музея навсегда?

Что и говорить, наслаждаться высотами мирового искусства в условиях пронзительного и безошибочного запаха народу вокруг нас было нелегко...

Наконец мы добежали до женской комнаты отдыха.

- Я меняю ребенка, только если я меняю ребенка! – выскочила оттуда разъяренная Метида.

- Логично звучит... – бережно согласился я.

- Там и правда есть стол, - объяснила Метида. – Такой, почти письменный. Но какая-то старая ведьма завалила его своими сумищами! И засела в кабинке навечно! Я не собираюсь дожидаться, пока она доделает свои дела! Мы, если уж на то пошло, покакали первыми!

Охранники Метрополитена, безусловно, профессионалы. Они наверняка обучены тому, как скрутить картино-вора или сделать искусственное дыхание старушке. Но они понятия не имеют, где во вверенном им музее можно поменять деточке памперсы.

- Этот товарищ должен все знать! – я с надеждой устремился к бородато-пиджачному мужику с табличкой «Консультант» на лацкане.

- Что? – закричал он шепотом, убивая меня гневным взглядом. – Я ничего не знаю о здешних туалетах! Я – специалист по Матиссу!

Нам повезло только в крыле Искусств Востока.

- Вниз, в Урис центр идите, - презрительно шмыгнула носом плечами плотная русская охранница с седой косой, делавшей ее похожей на старого индейского вождя.

И ведь правда, где еще можно было поменять ребенку исподничек, как не в детском центре!

- Наконец-то мы нашли знающего человека! – благодарно заметила Метида, приведя Принцессу Обезъянок в порядок. – Она наверняка бывший профессор искусствоведения откуда-нибудь из Ленинграда... Скажи ей спасибо! И вообще, у нее такая замечательная работа... Стоишь среди всех этих прекрасных картин, ничего не делаешь...

- Да вы что, девушка, с ума сошли? – вытаращилась профессорша на Метиду, едва я пересказал женину завидуху. - Да я врагу не пожелаю такой работы! На ногах по двенадцать часов в день четыре дня в неделю, включая выходные. И всего за двадцать две тысячи в год! Как ваш английский? Выучите язык, девушка, и найдите себе нормальную профессию! Я всем русским ребятам здесь повторяю – бегите отсюда как можно быстрее!

Русский жонглер-гардеробщик явно не внимал ее совету. Теперь он еще и пел хриплым баритоном, заметно наращивая объем чаевых.

- Ух, ты! – восхитился его выступлением Маг.

Наш мальчик все еще собирался стать, когда вырастет, фокусником и жонглером.

Одевшись, он задумчиво поглядел на меня:

- Ты сколько сделал книжек, папа?

- Две.

- Я тоже хочу делать книжки. Вместе с фокусами, конечно. У меня получится! Я в школе пишу отличные истории про свои игрушки!

- Нам пора, - я толкнул коляску со спящей Принцессой Обезъянок к выходу. – А делать книжки – плохой бизнес. Интересный, спору нет. Но он не приносит денег. Вот, например, погляди вокруг. Тоже жутко интересно. И красиво. Но люди здесь даже не знают, где можно переодеть бэбичку. Или когда и где начинается программа для детей... Так что лучше пойдем домой готовиться к тесту по математике. Это может привести тебя к чему-то настоящему...

 

С тех пор мы с Магом ходили только в Музей Натуральной Истории, к динозаврам.

Когда через какое-то время мы снова нагрянули в Мет, русского жонглера там уже не было и в помине. Никто в гардеробной даже не мог вспомнить, служил ли здесь такой.

Видимо, он все-таки послушал совета профессорши и подался в иные, более денежные дали.

А сама она, как ни в чем ни бывало, так и монументила в отделе Восточных искусств.

Есть какая-то ирония в том, подумал я, что люди, которым тут явно нравилось, уходят. А те, кто вроде бы ненавидит работу в музее  – остаются.

Все в этом странном мире искусства было не таким, как казалось...

Я, конечно, душевно поздоровался с профессоршей.

Но она лишь удивленно поглядела на меня и отвернулась, сделав вид, что не расслышала моего радостного "здрассьте".

Comments