?

Log in

No account? Create an account

Тайна мастера

Студентом я часто ходил в Табакерку, неизменно попадая благодаря однообразному полублату на последний ряд.

В начале каждого спектакля шторка, обозначавшая заднюю стену зрительного зала, бесшумно оживала.

Из шторочной щели, как черт из табакерки, со своей обычной защитной клоунской улыбкой выскальзывал Олег Павлович Табаков. В комиссарской кожаной тужурке или стягивающем горло черном свитере.

Убедившись, что его никто не видит, Олег Павлович убирал улыбку и напрочь забывался лицом.

 

Порой улыбка чуть задерживалась, потому что мы недовольно переглядывались. Его появление отвлекало меня от постижения драматургической схемы спектакля, а мое оборачивание-глазенье досаждало мастеру по всем статьям сразу.

Отстояв сцену-другую со странным, жалко-мечтательным выражением гражданского лица, Олег Павлович надевал улыбку обратно и так же бесшумно-деликатно исчезал за шторкой.

Я настолько привык к его появлениям, что вскоре уже предсказывал, когда именно он застынет позади.

Однажды, кажется, даже выиграл на спор десятку, точно предугадав очередной табаковский вскольз.

Когда праздновали семидесятилетие Табакова, я рассказал Метиде о том, что больше никого из мастеров-режиссеров во время спектакля в зале я не замечал. Гончаров порой разгуливал по фойе Маяковки барином в необъятной дубленке, но с третьим звонком удалялся к себе в кабинет. Так что Табаков, получалось, был настоящим мастером и педагогом, который принимал работу питомцев близко к сердцу, следил-старался...

- А ты почему это часто ходил в эту Табакерку? – подозрительно спросила супруга.

Я закхекался. Как-то само собой получалось, что попадал я на спектакли театрика преимущественно с участием молодой актисы Марины Зудиной. Но озвучивать эту малозначительную деталь явно не имело смысла.

- Драматургию изучал, вот и ходил, - нарисовал я более широкую и правдивую картину. – И не только в Табакерку, а всюду - и в Маяковку, и на Таганку, и в Ленком, и даже в театр Моссовета...

Я ретировался на кухню.

Со времен моих студенческих театральных походов прошло больше двадцати лет. И вдруг именно теперь, в ходе психотерапевтического поедания шоколада на кухне рентованной квартиры в Квинсе, штат Нью-Йорк, мне вдруг открылся секрет неутомимых появлений мастера сцены из-за шторки.

Стало ясно, почему я мог предсказать момент его появления и ухода. И  почему мы порой недовольно косились друг на друга. И даже странное выражение лица Табакова получило вполне логичное объяснение.

Драматургия драматургией, питомцы питомцами, а накопленный цинический опыт наконец позволил мне без дури сопоставить факты и понять очевидное.

Мастер появлялся из-за шторки вовсе не для того, чтобы свежим оком оценить глубину игры питомцев.

И обучал он законам драматургии своих учеников, возможно, не более рьяно, чем я постигал эти законы в порядке самообразования.

Проникаясь новым, сходновозрастным сочувствием к тогдашнему Табакову, я как-то совершенно неожиданно и попутно вдруг восстановил свое прежнее уважение к режиссеру Гончарову.

Потому что возникал Табаков в зале в тот момент, когда на сцене в первый раз появлялась, а исчезал из зала в ту секунду, когда со сцены уходила молодая актиса Марина Зудина.

Которая по итогам табаковских уроков драматургии и сценического мастерства, как известно всему свету, стала его женой.

Comments

какая правдивая история)
лицом к лицу лица не увидать, да. правда подчас открывается лишь с возрастом...
Чудесно!
автограф вот так и не попросил, наверное, зря...
может это прекрасно, что ничто человеческое Мастеру было не чуждо? ;)
может, и прекрасно, может, и нет, кому как, я пытался показать, скорее, что настоящая драматургия не в схемах на сцене, а в трепете занавеса за последним рядом...
ах метида, она сразу почуяла))
у высо-ких бе-ерегов Аму-ура... Часовы-ые Родины стоят!
Ого. Интересная история!
да, было время, сидел-толкался порой среди имен...
Свидетель зарождавшихся чувств??
выходит, что да, подсматриватель запоздалый
:))