?

Log in

No account? Create an account

Обед со взрывом

Знакомый рассказывал:

И - никак. А - казалось бы.

Ладно бы, случай явного отвращения к моей ауре и тому, что внутри. Так вроде бы нет. Диалоги на корпоративной кухне, хоть и не сократовской глубины, здасьтики с улыбочкой чуть нерукотворнее, чем остальным. А на ужин – никак, не зовется. И ведь в разных отделах работаем, никакого пересечения рабочей местности.

Я ее так прямо и спросил – мама твоя, Лили, во сколько лет замуж вышла? Тогда все понятно. Тогда это мама, скорее всего, тебя, Лили научила. Что сама слишком рано озамужилась и пропустила то золотое для девушки время, когда уже работаешь и можешь туда-сюда в свое удовольствие, необремененная ничем. И никем. Я все понимаю, я пытливый изучант. Но ужин-то – он тут при чем? Ладно, не ужин – на ланч мы с тобой вдвоем как-нибудь можем выскочить бутербродом подавиться, как коллега с коллегой? Обсудить проблемы обсчета расходов в тихоокеанском регионе по сравнению с южно-азиатским?

И – додавил, согласилась Лили после долгих январских заморозков со мной выскочить на ланч, в какую-нибудь бутербродную, на минуточку. Уже небывалый успех. Надо его развивать, ясный перец.

Не знаю, как ваш личный опыт, а мой подсказывает, что чем дороже ресторан, тем труднее в нем вкусно покушать. Цены запредельничают вовсе не по причине кулинарных взлетов на кухне. А просто чтобы отсечь голытьбу, и господа солидного свойства могли спокойно покушать в пустоте, пусть даже и полупомоями. Вот почему многие из дорогих ресторанов вылетели в трубу во время недавнего кризиса. Попросту господа чуть уплотнились, в сторону блюд поудобоваримее.

Но ресторанная элита, мишелино-звездные бренды, уцелели. Так что вместо бутербродной я небрежно затаскиваю Лили прямиком в Бернандин, благо он рядом с работой. На скромный комплексный обед, двести баксов с рта. Развиваю, так сказать, тему личного знакомства.

Потому что Лили, как я наизучантил, по части вкусняшки не дура пухлой губой. Жест оценен, бульон Майтаке схлюпан, долгожданное знакомство утепляется на глазах.

Ура, мы ломим, гнутся шведы. Возможно, налицо наилучшим образом потраченные в моей жизни четыреста долларов, не считая чаевых.

Моя рука уже как бы случайно тянется к ручке Лили.

И вдруг – взрыв.

Натуральный. Где-то совсем рядом. Тупой, но внятный.

Перепонки чуть не лопнули, дрожание стен.

Дело было бело-набело в Нью-Йорке, так что первая мысль – алькаида, террористы. У меня сосед во Всемирном Торговом Центре когда-то работал, на десять минут опоздал на работу в тот самый день. Их трое осталось в живых из восьмидесяти девяти сотрудников, до сих пор лечится от нервно-кожных язв. Рассказывал-подготавливал к повторению.

Инстинкт самосохранения что говорит? Хватай девушку и – бегом. Хватаю.

- А шотландский лосось? – вдруг возмущенно отбивается невозмутимая Лили. – А грибы хон шимей и корень лотоса?

И – вилкой в тарелку, гурманка суицидальная.

Нью-Йорк, Нью-Йорк. Что нам террористы, когда мишелиновский лосось томится на тарелке.

Выбегает на улицу перекошенный шеф-повар, всемирная знаменитось. Потом вбегает обратно. За ним – тучи дыма. Из дыма вырастает мрачный пожарник.

- Дамы и господа, - объявляет, - немедленная эвакуация!

Я от страха уже почти на том свете, самостоятельно. Но пытаюсь героизм проявить, возможно, напоследок, спасти девушку или хотя бы накрыть ее своим жадным телом.

Лили же – хоть бы хны. Не накрывается.

- А десерт? – хмыкает. – Шоколад милле-фелле,тимьян-желе, карамель филло? Баварский кирш, шварцвальд?

Господа и дамы солидного свойства спешно покидают ресторанный титаник, только туфли стрекочут.

Дым пригущается. По законам террористического жанра, вполне должно рвануть повторно, и еще сильнее. Девушку надо спасать.

А Лили сидит, сталенервная.

- Раз уж я в Бернандине оказалась, я из Бернандина без десерта не уйду! – решительно заявляет. – Даже если сначала погибну!

Вот вам и стиль, вот вам и характер. Изучантишь-не изучантишь девушку, а пока рядом взрыв не гробыстнет, настоящей ее нутряной натуры так и не разгадаешь.

И остаемся мы натурально одни, то есть вдоем, в задымленном эвакуированном зале Бернандина. Непонятно что происходит с улицей, Манхэттеном и мировой цивилизацией.

Неповторимый момент, ага.

Передо мной – только влажные губы Лили, и, доложу я вам, отрываться от их вида ради мировой цивилизациия и даже спасения собственной шкуры не очень хочется.

Лили на меня косится хитро. Со смаком дожевывает лосося. И требовательно таращится в сторону кухни.

И – делать нечего, шеф-повар, мировая знаменитость, уже в шубе, с улыбкой проклятия выносит нам десерты. Правда, в коробочках, на вынос.

- Благодарю за высокую оценку нашего кулинарного искусства, - ядовидит. – Всем буду рассказывать, что даже взрывы не могли оторвать от наших блюд. А теперь – не соблаговолите ли, молодые люди, наконец эвакуироваться?

Со снегом и гололедом в Нью-Йорка, как и везде, сражаюся солью. Быстрые оттепели смывают соль в тоннели. Соль оседает на кабелях. И спустя день-два после оттепели разъедает проводку. И тогда – бах! Подземный взрыв. Трансформатор кирдыкнулся. Столб огня прямо из-под тротуара.

Это и стряслось напротив Бернандина. Весь соседний небоскреб эвакуировали, так надымило. К счастью, не алькаида сработала на этот раз, а противоснежная соль.

Так что интересный у нас получился ланч с Лили, со взрывом, неповторимым моментом конца света - и бесплатный.

И, похоже, вовсе не мама надоумила Лили жить, как живется. Просто сама девушка такой оказалась – что видишь, то и покупаешь. Без запрограммированной в подкорке спешки замуж. Или эвакуироваться. Или вообще куда-либо. Без игры в принцессу с последующим разоблачением.

Разоблаченная с порога. Не нравится – не зовите.

Я теперь, ясный перец, буду звать Лили на ужин.

Только вот закажу его на всякий случай где-нибудь на ровном и пустом месте.

Подальше от города и взрывов.

Скажем, на корабле. И чтобы накрывали уже посреди Хадсон-ривер.

Столик все равно попрошу рядом со спасательным кругом.

Comments

Это ЗнакЪ, вот это всё.
Дальше аффтоская речь заканчивается и начинается велик-магуч с грамотой :)

А ЗнакЪ это того, что и лилинутый брак будет необыкновенной катастрофической приключалкой. С салютом и искрами под стрехой. Заскучать не даст но и выжить станет труднее, чем жить. Так что думай, парень, думай: а оно тебе надо? Смотри за жертвенным алтарём, не окажется ли случаем вместо наступательного стакана оборонительная противопехотная взрывалка. Чтобы вот, да ;)
выжить труднее, чем жить - это сильно сказано...
Прелестная история!
Получила огромное удовольствие!
спасибо, доброе слово и кошке приятно
,как я люблю читать ваши рассказы, особенно с утра в воскресенье!
придумывать тоже в удовольствие, когда придумывается