?

Log in

No account? Create an account

Глубоководная корпоголубизна

Знакомый рассказывал:
Жизнь руководителя полна драм и подводных валунов, невидимых рядовому глазу и непонятных обыденному уму.
Пришли мы с моим начальником на Высокое Совещание. Ясный туман, Высокое Начальство задерживается. Да и наш Главный еще пока где-то.
Мой нач вдруг глядит на меня очами больной собаки и начинает плакать:
- И зачем я только надел сегодня эту рубашку?
Я сочувственно киваю, соображая, неужели нач от переусердия рехнулся.
- Хорошая рубашка, - говорю. – Глубоко голубая. С некоторым масштабом оттенка. Я бы даже сказал, глубоководная.
- Я ее, наверное, года два уже не надевал, - продолжает ныть нач. – Велика она мне, висела на ключицах. А тут я вдруг разбух. И – лешак подшептал надеть именно сегодня!
- А мне нравится, - говорю. – Голубой – отличный корпоративный цвет. Не белый, чай не армия. Но и не... неголубой. Я вот и сам сегодня и всегда тоже.

- У тебя сегодня ничего голубизна, - рыдает нач. – Правильная. У тебя с темнинкой драматической, глянешь – и сразу жить не хочется. К тому же, рубашки у тебя всегда до того мятые, что уже все равно. А я-то – как вляпался со своей рубашкой!
Я уже начинаю подозревать, не поменяться ли рубашками мой нач хочет.
- И ведь она вообще не для, - волком воет нач. – У нее на плече – дырка! О чем я думал? Вот, гляди!
И нач, развернувшись, ощупывает свою спину и тычет мне в нос и правда незаметную дырочку.
- Дырка микробная, - говорю. – Не наговаривай на рубашку. Отличный продукт таиландской промышленности. В чем дело-то?
Тут раскрывается корпоративная дверь-стекло и вковыливает наш Главный.
В точно такой же глубоководной рубашке, как у нача.
Они уже явно повидались поутру.
В зальчике висит пауза повторного ужаса.
Главный гневно сверкает очами на нача и располагается в противоположно углу стола.
Нач от полировки глаз не отрывает.
- Вот на моей прошлой работе галстуки были обязательны, - вякаю я в процессе свинцовой тишины. – Так не было проблем, потому что они куда разнее, чем. И можно держать в столе коллекцию галстуков, чтобы утром быстро переориентироваться, если что. Надо бы и нам усилить корпоратиный дресс-код.
Я всегда что-то такое ужасное и глупое отчебучиваю, когда не надо, от излишней деликатности.
Причем люди молчат, как бы давая знать, что пора мне заткнуться, а меня лишь еще дальше несет.
- Или вот на пароме, который меня возит домой, есть не только пивная, но даже и прачечная. Можно сдавать в стирку после работы и надевать утром по пути к, прямо на пароме. Уже отстиранное. И нужного цвета.
Тут наконец входит Высокое Начальство.
Замирает на входе, словно вдруг передумав совещаться.
Нач издает сдавленный писк и сползает в направлении подстола.
Наш Главный сполна наливает лицо бурячной сливовкой, словно надесясь переплеснуть ее на рубашку.
Потому что Высокое Начальство прибывает и пребывает в точно такой ж глубоководной рубашке.
Наш Главный мнет на груди ткань, то ли испытывая сердечный приступ, то ли надеясь замять глубоводность.
- Еще моего шефа, - бурчит Высокое Начальство, располагаясь у последнеего незанятного столоугла. – Ага, шеф только что мимо... Сейчас обратно...
Высокое Начальство глаголов не употребляет, нет у него времени на такую ерунду, как глаголы. Да и ответстенность глаголы несут вместе с собой, а умное начальство ответственности избегает. Вместе с глаголами.
А стена-стекло в зале совешаний матовая. Видны только контуры. Как Высокое Начальств угадало мелькнувший силуэт своего шефа?
Загадка.
И тут матовая дверь распахивается.
И на пороге стоит разгадка.
Шеф Высокого Начальства.
Точнее, шефиня.
Которую мы видим вживую лишь два-три раза в год.
По шефине сразу видно, что жизнь удалась, карьера сделана, денег куча, и плевать на.
Надето на ней нечто явно не от одного кутюрье, а сразу наверняка от трех.
Такого яркого и уникального, непередаваемого словами цвета, что никакая матовая стена-стекло не приглушит и не позволит спутать с.
Отдельного внимания достоин воротник стоймя, размером легко переплевывающий гигантский ворот платья Елизаветы Первой на известном портрете из советско-школьного учебника истории.
Шефиня, тряхнув цепями на длинной голой шее, заставившими бы истечь слюнями и обезвожиться любого рэппера, весело глядит на нача, Главного и Высокое Начальство, да и на меня заодно, глубокоголубых и одинаковых, словно зубцы расчески.
И звонко и радостно, как бы говоря лишь тоном голоса тот текст, который вертится на языке, но никогда с языка не соскочит, как бы суммируя свой личный пройденный путь и причуды корпоративной культуры и цивилизации вообще, с некоторой даже лаской спрашивает нас, одинаковых, как ложки, и глубоко голубосконфуженных:
- Ну, и как вы себя сегодня чувствуете, ребята?

Comments

Шефиня тоже была в глубоко голубом?
нэ, в почти леопардовом
весело там у вас)) а у нас главное требование к одежде - чтобы она была на человеке.
сборище озабоченных болванов-экспортеров конфискованных тряпок...
это госконтора?
как одеваться -см. фото С.Джобс,Б.Гейтс или У.Баффет
Ну, встречают по одежке, но ведь есть и провожающая часть
по одежке и встречают, и провожают тупиц - т.е. тех, кому нечего сказать по Теме..Если есть , что сказать - хоть в шортах сиди..
ой, мамочки! а что ж теперь делать? куда бежать? кому продаваться?
полностью согласна с предыдущим оратором ( ochi_va). :) Вам бы сценарии для фильмов писать!
бодливой корове бог издателя не дал
Уверен, она не нарочно это спросила=)))
да, вежливая просто, и дальтонизмом чуток отлична
Яркая она у вас получилась=) Как и другие герои.