?

Log in

No account? Create an account

Гарвардчане и гарвардчанки

IMAG2031

С умниками в Гарварде обильно, яблоку некуда упасть, а вот с парковками – хнык. Негде приткнуться, чтобы поглазеть.  Дружественный почтальон отправил нас на секретную улицу, но и там парковки оказались ваучерные, для жителей и по спецразрешениям.

Лишь на выселках, возле юридической школы, удалось приткнуться возле столбосчетчика.

- Барака Обаму знаешь? – гаркнул я, очумевший от путешествия из местной москвы, то бишь нью-йорка, в местный петербург, то бишь бостон, на Мага. – Вот он тут конкретно учился, гляди и впитывай!


Президента Америки и прочую патриотику Маг уважал, каждое утро в школе у них начинается с присяги верности американскому флагу.

Да и Метида, будучи нынче окончившей школу юристом, была не против зайти, хотя, конечно, и против.

Лишь десять-пятнадцать баллов, недобранных на отсеивательном тесте  LSAT отделяли ее от цифры, которая бы открыла перед ней двери гарвардской юршколы почти автоматически.

- Это общественное заведение, а мы – общество! – уверил я, отдергивая двери храма науки вручную.

Никто нас не заохранил.

В сравнительно новом здании было приличненько, дизайненько. На стенах висели портреты титанов адвокатской мысли, возглавляемые льстящей фоткой улыбчивой бабки Лены, бывшей мамки-деканши факультета, нынче члена Верховного Суда США Елены Коган (в суде уже заседают три дамы, и все – из Нью-Йорка).

Мы зашли в аудиторию, и Маг почему-то встал на четвереньки и притворился собачкой.

То есть, по-своему проникся духом альма-мамы альфа-самцов, включая восемь американских президентов и почти восемьдесят нобелевских премиантов.

Есть места, где у людей в глазах одинаковые блестки. Где смотрят на наружу, а куда-то внутрь, в эксклюзивные дали. Уолл-стрит, например. Ну, и теперь вот еще и Гарвард.

- А где тут Гарвард-ярд, девушка? – спросил я у барби, нервно ждущей кого-то на лужайке.

Барби не хотела отвечать, путешествовать в реальность из экслюзивной дали. Наконец воспитание сработало, она поглядела на меня фирменным гарвардским взглядом – как на идиота.

- Вы стоите посреди него, - процедила она, уже снова зажигая в очах потусторонние огоньки.

Ага, сконфуженно сообразил я, оглядываясь, ведь и правда. Рядом стояли туристы платного тура с экскурсоводом и глазели на памятник Гарварду, бездетному священнику, который первым оставил пол-состояния и триста книжек новообразованному колледжу. А тот так обрадовался, что самоназвался именем дарителя.

До 1977 года, мстительно припомнил я, в Гарвад девушек вообще не брали, держали в отдельном женском колледже. Потом, конечно слились – и началось. Вслед за дамами в элитарню начали принимать и католиков, и евреев. Вот китайцев и афро-американцев пока еще вщедряж не берут, что заметно невооруженному глазу.

Прошлый раз я был в Гарварде зимой, и ничего, кроме баров и пьяни в тьмени, толком не увидел.

Оказалось, в Гарвард надо приезжать как раз на издыхе русского лета, то бишь августа (лето  в остальном мире длится, как известно, до 21 сентября). Город переезжает сам в себя. На перекрестках стоят девушки с матрацами. По дорогам бегают стайки семей с чумаданами. Как куда пройти, не знает никто, потому что сами тут только третий день. На полянах стоят шатры, ветер гоняет обертки от объедков после фестивально-ознакомительных презентаций.

Жизнь тут уже удалась, хотя толком еще и началась. Но прожить ее, уже удавшуюся, - это уже, разумеется, мелочи. Потому что, если тебя приняли в гарвардчане, главное в жизни уже свершилось.

Но вот в гарвардском сувенирном магазине гарвардского информационного центра гарвардский студент на гарвадрской кассе, продавая нам гарвардскую кепку и гарвардский магнитик на холодильник, проявил гарвардский интеллект, обсчитал на десять долларов.

- Как же это? – вежливо удивился я, будучи не лыком шит и умея считать в каком-никаком еще оставшемся, не выжитом, уме.

Элитард огрел меня уже знакомым, издаля, барби-взглядом, фальшиво сокрушился и пересчитал на правильное.

- Киса, мы с вами чужие на этом празднике жизни, - сообщил я Метиде.

- Папа, сто мы тут делаим? – озвучила удивление Принцесса Обезъянок.

- Мы тут смотрим зибру! – решительно объявил я.

И мы отправились в гарвардский музей естесствознания фотографироваться возле чучела зебры и шкуры зебры, потому что у Принцессы сейчас такой период жизни, и она сходит с ума по зебрам.

Так что Принцессе Обезъянок в Гарварде понравилось.

- Зибра! – хохочет она, тыча в памятную фотку с полосатостью.

Справедливости ради обязан отметить, что  обратный из Гарварда путь мне начертал от столсбосчетчика вполне себе вменяемый и деловой гарвардчанин. Отодвинул китайскую герлфред к забору, разжужжал айпэд, привязался по местности и внятно изложил мне три возможных маршрута выезда из святыни. Потом выбрал лучший.

Я, конечно, все равно заблудился.

Так что выводил меня из гарвардской элитомекки на просторы прочей Америки мексиксанский нелегал, водитель грузовичка по перевозке мебели.
IMAG2034
IMAG2040
IMAG2044
IMAG2047
IMAG2048
IMAG2049
IMAG2053
IMAG2054
IMAG2056
IMAG2059
IMAG2060



Comments

Ишь как!
А в Оксфорде все проще.
так они ж оксфорду и подражают... эх,эпигоны вечно переярчивают оригинал...