?

Log in

No account? Create an account

Тушение пожара пустотой

В компьютерном микромире вечно подрагивает легкий вольтаж, елезаметное искрометание между светочами управленчества и подчиненными медоносными пчелками, то бишь программистами и прочими сисадминами. Две школы мысли (по другой теории – мысли и бессмысленности) сталкиваются ежедневно в попытках ответить на вопрос метафорического небесного зеркальца – кто на свете всех милее.

Пчелки уверены в своей милейшести, ибо медоносят дело. Какой продукт производят их начальники-трутни, помимо самонужных эксельных графичков и щекопузырей, пчелкам загадочно. Для трутней же, вечноизмученных тяжестью галерных дум на плечах, пчелки – заменяемые забавники-кодисты, кубики-ресурсы, которым лишь бы оттрубить смену. Взаимоотношения себя и ресурсов менеджеры видят как сопроживание мозга и ногтей.

Ладно бы начальство, как прежде, вырастало наподобие ахматовских стихов. Из айтишного сора, не ведая стыда. Такое начальство что-то умело в прошлой жизни, и с ним пчелки жужжали на одном языке. Оно и написать модуль при нужде умело само. Но научно-технический прогресс щедро выплюнул из натруженных легких особую субстанцию – менеджеров чегоугодно. Эти профессионалы ведения руками натасканы возглавить любой процесс, кроме ферментного. Они могут с одинаковой легкостью управлять мусорной свалкой, космодромом, созданием эппа на Си-плас-плас. Их лексика и даже фонетика далека от пчелиной, понять политическое течение их мыслей пчелкам невозможно. Из чего пчелки делают вывод, что мыслей у начальства нет, одни выживательные инстинкты.



В больнице, где работал Алекс, профессионального менеджера звали Шмидт, или ДТ. Возник он однажды утром на пустом месте, вышел, видимо заблудившись, из прачечной, а может и самозародился там из грязного белья по Парацельсу – но вовсе не по Ахматовой. Был он рожей гладок, талией вертляв, взором строг и печален, слека бериобразен. Сказать о нем что-то определенное было трудно. Был он профессионально никаков и вставляем в нужду любой конфигурации.

Задачей ДТ было зауправлять проектами, которые без его мастерства, очевидно, валились пьянью. Украсить собой прежде еще более пустое место.

Венцом завхозотворчества ДТ стала сдача нового дата-центра. Деньги под центр удваивали каждый год, и достроили бы его и без ДТ. Но профменеджер на лету возглавил процесс и успел присвоить себе лавры и чуть ли не отцовские права центро-зачатия.

Старый дата-центр был всем хорош, да его каждый апрель затапливало тургеневскими вешними водами. Новый вскинули, утеснив склады фармакологии, на девятый этаж, под крышу, герметически обили свинцом. Вход в него сезамил только по отпечатку большого пальца. Система пожаротушения «Халон» перемигивалась космодромными огоньками с тыльными и фронтальными панелями серверов, порождая подозрения в заговоре искуственных интеллектов.

Получилось, впрочем, как всегда. Тургеневские вешние воды новому датацентру уже не грозили, но на смену пригрянули тургеневские же лето и дым.

Москву (действо АйТи эпоса решено перенести в столицу понаехавших), осажденную торфом, этим компостом подсознания средней полосы, заволокло дымом не хуже, чем от наполеоновских пожаров. Да еще и зной приударил.

Тотчас оказалось, что не то хмельной электрик хитро перекоротил проводку в новом датацетре, не то для апокалиптической жары датацентр не замышлялся. Едва ртутный яд касался роковой для поэтов и серверов цифры 37, электричество в дата-центре вырубалось в целях самосохранения.

Больницу, и без того задыхаюшуюся и горячечную, зазапарализовывало. После третьего отвала обезумевший НачИнф лично вырвал плату распознавания большого пальца на входе в дата-центр и широко распахнул двери. В проемы и проходы втащил армейские вентилляторы. По дата-центру завихляли упругие торнадинки.

Никто в торнадном заповеднике дежурить, надувая гаймориты с радикулитами, не вызывался.

Так что новый датацентр сослали администратора виртуальных серверов Сержа и аналитика сетевой безопасности Мальвину.

Сержу и Мальвине уже давно пора было уединиться, то бишь удвоиться. Утренние их воркования за чашкой якобы кенийского кофе из вороватого пойлоавтомата становились слишком длинны для посторонних ух.

Определив парочку на вечное дежурство в новый дата-центр, отдел если и вздохнул с облегчением, то уж точно с облечением продолжил задыхаться .

А голубкам ссылка оказалась лишь в дополнительную радость.

Токовали они каждый о своем, но всегда об общем.

- Дорасти до виртуальных погон генерал-визарда в игре «Пожиратели драконов» удавалось немногим, - скромно ронял Серж, глотая  кофегоречь. – Я посвятил этому годы. И добился революционного успеха, отбив конную атаку динозавролеших. Это было пострашнее конницы Буденного. Но я выставил летучих киберптеродактилей. Эти битоящеры меняют генетический код на лету, так что их не сбить даже прицельной плазмой. Ту же тактику я применил при защите виртуальных серверов от консультантов-хакеров. Менял логины и пароли на ходу, так что серверы невозможно было продырявить!

- Ах, это совсем как в жизни! - задумчиво задыхалась Мальвина. – ООН-или мы как-то миротворцами в Либерии. Жуткая несанитария. А тут еще прислали батальон из Непала, плюс холерная палочка. И в Африке началась эпидемия непальской холеры! Наш лагерь осадили тысячи партизан и местных жителей. Требовали выслать холерных. А куда их вынесешь из лазарета – ведь разорвут. И вдруг ночью – атака! А ведь разведданные угрозу не подтверждали... Мы спросонья открыли стрельбу на поражение... Но противник тоже словно поменял на ходу генетический код. Что-то было странным в его тактике. То ли отсутствие ответного огня. То ли тембр рычания. То ли тот факт, что передвигался он на четвереньках... Когда бой закончился, оказалось, что на лагерь напала... стая горилл! Приезли прямо из Красной Книги, на запах украинского борща, а мы их... Одну гориллу, правда, выходили. Она считать до четырех научилась – и обратно в джунгли сбежала.

-  Да, это же совсем как в компьютерной игре! – просиявывал Серж. – Как много у  нас с вами общего перепрожито!

Что-то новостранное, какая-то шаровая молнийка иного долгоиграющего качества прокатывалась между уединянтами. Разговор их хотя шел об одном, шел о другом. Словно бы два разговора протекало среди вихрей, ожогного удушья и писка серверов. Слова рисовали гладкую неопасную полуложь, глазурируя рыхлую царапливую правду. Главный же язык был бессловесный, точный. Трудились вместе с натренированными связками сиротливые бессвязности – недомолки, оговорки, хихи, ойки. И, конечно, жадно глядели друг на друга руки, жестикулировали глаза. Предмет был ясен, но загадочен. Вопрос был уже отвечен, но еще не задан. Границы нарушались, не успев расшириться – и оставались недвижными. Настоящее было зыбким, но несдвижимым, упоительным, но мучительным. Будущее сиренило и страшилило.

Никто не прерывал болтовни тетатешников кроме застенчивого начальника фармакологии по кличке Аспирин. Он приходил химичить в утесненном складе, стеснительно заглядывал к новым соседям, дарил конфетки.

Мальвина и Серж удивленно пялились на приветливого скрюченного лысуна в синем халате. О нем в больнице ходили странные слухи. Будто бы он настолько стеснялся прогонять няней троих своих детей, что попросту отравлял их на тот свет, подсыпая им яду в чай с баранками.

Аспирин приветливо рдел, мямлил дурь о погоде, забирал конфеты, которые из предосторожности никто в больнице не клал в рот – и, фырча от смущения, убегал обратно к своим алхимическим занятиям.

Не прошло и двух дней как невысокое высокое начальство на утренней стоячей пятиминутке (чтобы не затягивать болтовню сидением) похвалило НачИнфа за распахнутые двери и вентилляторную партизанщину, благодаря которым датацентр больше не отваливался.

Казалось, ДТ после слов начальства ударил удар. Он то иссякал-бледнел, то наливался содержанием, словно антоновка.

По его разумению, в спину и грудь ему вонзили по штыку-тесаку, темя расплющили обухом. Карьере его пришел швардык, ибо похвалу за его выслюнявленное детище, его кровиночку-сперматозоинку уграбастал жестокий викинг НачИнф.

Обезумев брошенной бабой, ДТ помчался в дата-центр, сочиняя на ходу схемы мести и еще не понимая, как перемагнитить на себя менеджерскую амброзию, то бишь похвалу сверху.

- Что так ярко? – взвыл он, не зная, к чему присобачиться - и ударившись от дальнейшего расстройства об армейский вентиллятор на входе. – Расточаем?

Возможно, ДТ и правда, проводя жизнь на темной стороне космоса, к свету не привык и воспринимал его как дополнительную пытку.

Уединянты удивленно, точно спросонья, уставились на локомотив проектодвижений.

У них текли свои мысли, далекие от энергосберегающих.

Мальвине чуть ли не впервые, сколько себя помнила, вдруг хотелось стать слабой и беззащитной, свернуться клубочком за каменной стеной. И хотя слабой быть она не умела, да и стены, даже перегородки из спрессованной стружки, перед ней напрочь не наблюдалась, сама неожиданная тяга была забавна и озадачивающа.

Сержу же чудилось, будто скучная реальная реальность наконец-то стала игрой, в которой ему интересно. Только он не знал правил этой новой игры и пытался вслепую угадать в разговорах с Мальвиной ключи-разгадки к непредсказуемому путешествию в новой загадочной среде, которая его заокружала.

- Вы знаете, сколько мы тратим на электричество? – ДТ даже похудел от ужаса, словно платил из своего кармана. – Надо экономить!

Дежурные по дата-центру слепо пощурились на вторженца – и вдруг ужаснулись каждый своему.

Серж представил гибнущую из-за его электрорасточительства матушку-землю, вырубленные леса, допонительно залитые кислотными дождями.

Мальвина поняла, что паны почему-то ругаются, и сейчас затрещат ее с Сержем чубы. Ей так захотелось защитить Сержа, что она даже встала и загородила его собой и лэптопом.

Нутряным нутром ДТ знал, что для любой вышестоящести главная тема жизни – деньги. Так что попытка сберечь копеечку взамен расточиловки всегда была бы одобрена наверху.

Но главное озарение ДТ заключалось в том, что дежурные должны были быстро устрашиться казенной темноты и покинут пост. А там уж и нежданных гадостей, доказывающих глупость НачИнфа, раскупорившего датацентр, ждать был недолго.

- Постоянное освещение в датацентре инструкциями не предусмотрено! – взвизгнул ДТ и , гневоносно урча, жестом маршала Жукова, отправляющего одноразовые дивизии в мясорубку, потянулся к выключателю.

-... дождите! – лишь успела вскрикнуть Мальвина, кое-что сображавшая и в электрических схемах тоже.

Но ДТ в порыве сальериевского экстаза уже звучно гробастнул тумблер вниз.

Возможно, тот же хмельной электрик, тот же постмодернист проводки, залудячил схему по месту таким дадистским образом, что розетка, питавшая входной армейский вентиллятор, роднилась намертво с тумблером освещения.

А может, так и было секретно предусмотрено в целях усложнения жизни, что ток в данной входной розетке осуществлялся только когда в датацентре появлялось живое и включался свет.

Какова ни была причина цунгвундера, армейский вентиллятор на входе в датацентр удивленно срыгнул и обмяк вслед за неоновыми лампами.

Шкодяра ДТ, проверяя напоследок пост и дабы доложить, что при лично нем все было в датацентре хоть и темно, но прекрасно, начал давать вводные:

- Экраны вам и так хорошо видно, в случае проблем обращайтесь лично ко мне!

-  Уже обращаемся, - оторопел прошептал Серж.- Разве не слышно?

По датацентру вдруг ударила сирена-оглушиловка.

- Опять отвал? – злорадно удивился ДТ. – А туда же!

Серж озадаченнопомотал башкой:

- Не мог датацентр так быстро перегреться! – он прилинзил к настенному блоку с показателем температуры на бледноспирохетном экранчике.

Нет, отруб одного ветиллятора температуру в свинцовом коробе не ужарил.

Но тогда почему экранчик вдруг из бледноспирохетного запревращался в бардово-шанкрный, почему сиренило, как будто датацентр окружила армия голливуской полиции, почему светоуказатели «Выход», всегда мертвые, вдруг зазомбили рождающими рябь в оглупевших глазах вспышками?

Мальвина вдруг вывизгнула абсурдное, но логичное:

- Две минуты! Уже полторы!

Цифры объяснили многое, во всяком случае Сержу. Две минуты – это был срок, который по инструкции давался всему живому, чтобы убежать из горящего датацентра. Система пожаротушения «Халон» после двух минут осуществляла тушение пожара самым эффетивным методом – пустотой. Отсасывала воздух вместе с кислородом, и горение в вакууме прекращалось.

Но ведь датацентр, кажется, не пламенел.

Серж принюхался, заозирался в поисках паленого.

Мальвина некрасовской героиней в горящей избе сграбастала его подышки и ринулась к выходу.

В компьютерных играх у Сержа почти всегда была возможность нажать на кнопку паузы и покривляться извилинами. Реальность потому и часто печалила его, что помимо отсутствия раздела «Help» не давала пауз для осмысляжа.

Если огня не наблюдалось, значит, пожарная сигнализация сфальшивила, и торопиться некуда, соображал Серж, притормаживая каблуками. С другой стороны, пожарная сигнализация – дура, и если она закусила удила, то ведь сработает.

- Тридцать секунд! – прошипела, задыхаясь, Мальвина.

Входная дверь впереди уже бодро-автоматически закрывалась. Мальвина дрогнула, но Сержа не бросила.

Дверь неумолимо ужала светлую коридорную полосу прямо перед их носами, нескольких секунд до воли не хватило.

Но все же почему-то не захлопнулась.

Армейский вентиллятор случайным краем решетки удерживал датаценр от закупорки.

Серж с Мальвиной с трудом доотжали возмущенно урчавшую дверь и вывалились в коридор.

Дверь сочно зачмокнулась у них за спинами.

- Пожара-то нет! – возмутился Серж.

- Дым, - кивнула на примятый дверью вентяллятор Мальвина. – Его без огня что?

- Не бывает... – прозревая, прошептал Серж.

Отключившийся заодно с освещением вентиллятор перестал разгонять торфяной шатурский дым. Концентрация гари из окружающей среды в датацентра неумолимо повысилась. Вот противопожарные датчики и сработали.

Дым был без огня, тлевшего где-то в ста километрах в подкорневой преисподней, да система пожаротушения «Халон» этого не знала.

- Тогда все в порядке! - с облечением улыбнулся Серж. – Серверы – они и в вакууме серверы. Не должны швакнуться.

Он даже кратко умилился стойкости серверов и мудрости «Халона», которая тушила пожар научно и деликатно, не нарушая работоспособности системы.

Но Мальвина почему-то не стерла озабоченности с личика, продолжала задумчиво пялиться на захлопнутую дверь.

Изнутри уже слышалость бодрое шипение. Это «Халон» решительно отсасывал воздух из свинцовой коробки датацентра, туша несуществуюший пожар.

- А этот где? – недоуменно огляделась по сторонам Мальвина.

Главная особенность малоприятных происшествий – их логичность, хотя и нежданность. Парадокса тут нет, одна слепота жертв, приноровивших зрачки лишь к темноприятной стороне космоса. Будь они чуть световосприимчивей, подстелили бы соломку, или по крайней мере не занимались  самострелом. В компьютерной отрасли, например, больше половины авралов и отрубов – самонаветные итоги энтузиазма персонала, вызванные стремлением сделать что-то лучше. Возможно, впрочем, что в личной жизни этот процент еще выше.

- Да ну его, - легкомысленно отмахнулся Серж.

Мальвина отрицательно покачала головой и прислушалась.

- В кабинете уже,наверное, сидит. Позвоним ему по блэкбери, уточнимся? – предложил Серж.

- Через свинец не берет, - скорбно кивнула на дверь Мальвина.

Шипение равномерно нарастало. Вдруг в его монотонщине пискнула едва разичимая возмущенная баритонная диссонанта.

- Внутри остался! – в отчаянии крикнула Мальвина.

В условиях вакуума такая едкая форма жизни, как менеджер среднего звена, могла, конечно, какое-то время и выжить – но вряд ли.

Информационные технологии по уровню травматизма и хуже – это, конечно не армия или авиация, но от комедии до трагедии отставались секунды.

Мальвина уставилась на схему датацентра возле входной двери, оценила навскидку узлы электросхемы.

Решительно бросилась к стенной противопожарной выемке, разбила стекло локтем, вытащила топорик.

Подбежала к щиту электропитания, сбила топориком смешной замочек.

И леким, но точным щелчком наманикюренного желтым ногтя отключила электропитание датацентра.

Прислушалась, пытаясь различить вакумонесущее шипение среди возмущенного воя-писка серверов, переключавшихся на получасовую автономку,.

Шипение прекратилось.

Система «Халон», лишившись централизованного электропитания, благополучно отрубилась и перестала отсасывать воздух. К счастью, запасной источник электроэнергии для нее головотяпно не был предусмотрен.

- Теперь можно пожарных вызывать! – бодро промямлил Серж. – Если воздух остался, ничего ему там не будет!

Мальвина печально помотала головой.

- Это же герметически замкнутый короб. Вдохнет кислород, а выдохнет углекиску. Скоро кислород кончится, и он задохнется в собственном что у него там.

Серж почесал темя, прозревательно ойкнул, схватил топорик и принялся с яростью рубить свинцовую дверь.

Уже прирысил взволнованный Аспирин, медсестры, служба ухода за окружаюшей средой, то бишь уборщики.

Откупорить датацентр, лишенный питания, добровольцами не удавалось.

Толпа жалась к лифту, не встревала, перетирала бесполезняк:

- Завхоза позвали? У завхоза ключи должны быть!

Мальвина гладила стену, точно рехнулась.

- Значит, так, - нашарила она наконец умалишотными, но ясными глазами-блюдцами Аспирина. – Глицерин есть?

- А как же, - обиделся Аспирин, уже проворно поняв безумную мысль. – У нас как в Греции - все есть!

- Тогда побежали, - предложила Мальвина.

Серж, рыча, продолжал рубить топориком припорошенный известкой равнодушный свинец. Мальвина с фармакологом ринулись на соседний склад медикаментов и прочей менделеевщины.

Вернулись они через минуту, нагруженные емкостями.

- А уверены, что? – заполошно бормотал Аспирин.

- Отодь-ка, - велела Мальвина Сержу.

И начала залепливать в прорубленную Сержем вмятину вязь из склянок.

Писк изнутри короба нарастал. Его чересполосил мякгий грохот.

- Сервера валит, - предположил Серж. – Сослепу. Или от отчаяния...

- Что-йто как-то я не очень... – с нарастающим вдохновением шептал Аспирин. – Что-йто как-то ерунда это все... И по какой смете мне оформить списание материалов?

- Спишешь на мелкие расходы, - процедила Мальвина. – Усушка, утруска, снос, мышиное ядение. Спички у кого? Огня мне!

- Вот только огня при фальшивом пожаре не хватало, - удивился, пытаясь угадать матрицу происходяшего, Серж.

Мальвина прочертила жирную линию из бутыли со спиртом от налепки в прорубленной ямке к завороту за стеной.

Жестом пригласила толпу на лестничную площадку. Да та вошкалась.

Мальвина устало икнула и объявила:

- Ща всех взрывнем к ядреной матери.

- Ка-ак? – взвыл Серж.

Аспирин мечтательно осклабился.

Толпа ринулась вон.

Мальвина вытащила Сержа за шкирку за стену, поймала брошенный ей спичечный коробок – и, бормоча «надеюсь, не переборщила...» пустила огня на спиртовую змейку.

Веселый пламенек, вихляя, помчался по полу, замер у стены, словно обижаясь и раздумывая, бороться ли с препятствием, все же вяло полез наверх, бесследно растворился в вязи.

Огромная боксерская перчатка ткнула по головам, раздавая нокауты-нокдауны, лишая разума и слуха.

- Переборщила, - сделала беззвучный вывод побелевшими губами Мальвина.

Дыму в предбаннике теперь было больше, чем в чреве торфянника, самое время тушить.

Мальвина и правда сорвала огнетушитель и направила пену в образованную взрывом дыру.

Раскуроченная стена датацентра, заволоченная белым дымом, быстро заполнилась еще более белой пеной.

- Чистый Утрилло, - не к месту мечтательно брякнул Серж.

Вдруг из дыма и пены возникла голова существа пострашнее видеоигрального. Было оно лысо, огромноглазо, с комьямя сырой грязи на макушке, бешено трясло хоботом.

- Мутантнулся... – охнул Серж.

Существо- богомол, точно в видеоигра-ужастике, вдруг начало с хрипом стаскивать с себя серую кожу.

- Мама, - пискнул Серж.

Кожа оказалась противогазом. Богомол – выжившим менеджером среднего звена.

- Зачем тебе там нужен был там противогаз, родимый, если там воздуха не было? От чего очищался?  – сердобольно поинтересовалась Мальвина.

Жуя-сплевывая смесь, ДТ задумчиво сообщил из дыры:

- Я видел ангелов.

- И как они?

ДТ безутешно покачал башкой:

- Я все прежде делал не так... Неправильно!

- Ишь ты поди ж ты, - удивилась прозрению Мальвина.- Теперь заживешь по-иному?

- Все делал не так, - закаялся ДТ, безумно озираясь. – Надо было другого подрядчика нанимать для дата-центра! У которого пожарная система была понадежнее...

Заделывал дыру в дата-центре уже тот самый другой подрядчик, плод ангело-прозрения ДТ. Уже после того, разумеется, как и лето, и дым сменились очей очарованьем.

После образцовой саперской работы Мальвину премировали и вывесили портретно как лучшего работника месяца. Но что-то странное случилось с ее вокругляжем. Словно бы начали ее вокруг чуток побаиваться, обходить дугами, не будучи уверенными, что рядом с ней вдруг опять не рванет.

Только Серж по-прежнему притаскивался в кьюбикл Мальвины поболтать за утренним кофейным спотыкачем. Но не клеились у них прежняя глупая беседа, не каталась шаровая молния нового качества. Будто вакуум, наполнивший дата-центр, утушил пожар, разгоравшийся между ними.

Какие-то смутные сомнения, а то и скука овеивали теперь Мальвину при виде Сержа. Не превратился он в роковую минуту в героя ее романа, пришлось стать героиней самой. И это меняло, запутывало разведданные, порождало легкое разочарование штаба в предполагаемом противнике и нежелание вести с ним знакомые и интересные военные действия.

А новой тактики штаб пока разработать не умел.

Серж чувствовал перемену и от переживаний вел себя лишь еще невпопаднее.

Порой к беседам Мальвины и Сержа на правах сироты-приемыша скромно присоединялся ДТ. Он крестился и вообще пребывал с ангелами, посетившими его во время кислородного голодания в дата-центре, на короткой ноге. Ангелы сообщали ДТ много интересного о мировой политике и экономике, советовали беречь воду.

Мальвина и не подозревала, что в менеджере среднего звена мог таиться такой глубокий духовный потенциал. ДТ становился ей даже чем-то интересен.

Лишь раздумичивый Аспирин остался верен себе – и даже, возможно, творчески переосмыслил накопленный вакуумный опыт.

Вскоре после пожара в дата-центре, если верить слухам, очередная нянечка его троих детей неожиданно скончалась от удушья.



Comments

Боже, как знакомо.
Этих менеджеров-всего клонируют, не иначе.
наш клончик и не скрывал, что хорошему менеджеру не нужно понимать, что и как делают его ресурсы
+10 любви к универсальным менеджерам)
спасибо, что дочли длиннятину
Блестяще!! Мне очень нравится развитие характеров и отношений героев! Продолжайте! но не спешите - те кто пишут под давлением пишут плохо даже если раньше писали хорошо.
принимаются заявки-идеи-предложения как быстро не наскучить
Как я понимаю Мальвину!
я и лошадь я и бык, да, вечная женская тема
Почему? Просто умная женщина с хорошими реакциями. Им просто статистически трудно найти хорошего партнера.
Prekrasno, i kak uznavaemo...
так когда придумываешь, всегда получается как в жизни, это когда с жизни списываешь, получается неправдоподобно
Voistinnu:-)
ох, про манагеров - это вы точно написали.
а продолжение, продолжение-то про сержа и мальвину будет?
пока намерение продолжать имеется, подкид идей поощряется
Поздравляем! Ваш пост был отобран нашими корреспондентами и опубликован в сегодняшнем выпуске ljournalist'а.
У всех рассказов есть существенный недостаток - концовка. Вот, вроде, на уровне динамика, интрига, сюжет. Но потом автор останавливается, откашливается и объявляет "А сейчас по правилам правильного рассказосложения вы прослушаете Концовку и Мораль. И для соблюдения особо правильного рецепта я вверну туда ещё и юмор."

Финал должен стрелять. И, в идеале, быть неожиданным.

Практически после рассказа идёт дополнительный рассказ - "послесловие". Для романа это, может, и катит, но тут - нет. Лично я бы обрезал гораздо раньше.
спасибо за конструктивную критику, я подумаю
Динозавролешие! Киберодактили! Эпос, эпос, продолжайте!
спасибо, есть кое-какие мысли, продолжение следует
Какой хороший рассказ!
вы очень добры. продолжать сагу?
да :)